Федеральное государственное бюджетное учреждение "Институт научной информации по общественным наукам Российской академии наук"

Скворцов Л.В. Памяти Демичева Петра Ниловича

| Дата публикации: | Автор:

 

 

Выступление на вечере «Живая память», организованном Министерством культуры РФ и российским военно-исторический обществом.

 

Вторник, 16 января 2018 г.

 

Уважаемые коллеги!

 

Мы уходим от тупого охаивания всего, что делалось в Советские время.

На самом деле разгром объединенных сил европейского фашизма не свалился с неба. Помимо всего Великая Победа определялась стратегическим руководством конкретных государственных деятелей и полководцев.

Превращение России в сверхдержаву – это также не случайное природное явление, это очевидный результат правильного стратегического мышления.

Петр Николаевич Демичев входил в круг руководителей государства, занимая высокие посты.

Мне посчастливилось работать вместе с Петром Ниловичем не мало не много ровно двадцать лет – с 1968 по 1988 год: вначале в качестве помощника Секретаря ЦК КПСС по идеологии, – с 1968 по 1974 г., затем в качестве Советника Министра культуры СССР – с 1974 по 1986 г. и в качестве помощника Первого заместителя председателя Верховного Совета СССР с 1986 по 1988 г.

Это – время непосредственного общения и участия в реализации решений, которые принимал этот, сегодня можно об этом сказать открыто – выдающийся государственный деятель.

Он обладал типом государственного мышления во многом сходным с мышлением другого выдающегося государственного деятеля – я имею в виду Алексея Николаевича Косыгина.

Эти люди выделялись из общего ряда партийных руководителей того времени. Для них власть была не самоцелью, а важным рычагом решения проблем, стоящих перед страной.

Я бы сказал о двух их отличительных чертах. Это, во-первых, реализм, умение видеть действительность общественной жизни, какая она есть на самом деле.

И, во-вторых, это стремление использовать при принятии стратегических решений потенциал науки. Когда Петр Нилович с самого начала поручил мне готовить информацию обобщенного плана о движении информации и научной мысли, опираясь на материалы ТАСС, ИНИОН и ВИНИТИ, я, естественно, сосредоточил основное внимание на материалах ТАСС и ИНИОН, поскольку нашей сферой была идеология. И когда я заметил, что материалы ВИНИТИ, т.е. научно-техническая информация не всегда содержит нужные нам материалы, он меня довольно резко поправил, сказав, что его интересует все. Это постоянный поток эффективных решений.

Эта привычка работать с научно-технической информацией сложилась с тех времен, когда Петр Нилович занимался подъемом химической промышленности страны. Как он мне рассказывал, успех был обеспечен благодаря привлечению выдающихся ученых к решению ключевых проблем.

В идеологической сфере назревала критическая ситуация.

Страна оказалась перед новыми внутренними и международными цивилизационными вызовами и руководящие кадры нужно было вооружать адекватным, научнообоснованным пониманием ситуации.

Это было очевидно. Необходимо было переводить страну на новые рельсы, используя рыночные механизмы, но при этом сохраняя все основные достижения социалистического строительства.

Вместе с тем необходимо было сохранять стратегические ориентиры. Петр Нилович в то время пошел по пути проведения общепартийных идеологических совещаний, на которых обсуждались ключевые проблемы идеологической работы с привлечением лучших специалистов в области гуманитарных, общественных наук.

Вместе с тем были поставлены задачи подготовки новых учебников и учебных пособий для системы партийного обучения.

Эта масштабная работа, однако, встретила кое у кого в Аппарате ЦК  критическое к себе отношение как якобы не отвечающая требованиям времени. Такого рода замечания высказывались и мне лично, в том числе и от теоретического органа власти журнала «Коммунист». И насколько мне известно, Леонид Ильич говорил Петру Ниловичу в том духе, что идеологическая работа не может быть безличной.

Свои соображения высказывал в то время и Александр Николаевич Яковлев – один из руководителей отдела пропаганды ЦК.

Когда в 1974 г. руководство идеологической работой перешло в другие руки, то идеологическая работа сосредоточилась вокруг отдельных публикаций таких как «Малая Земля», «Возрождение» и «Целина»!

Публикации безусловно неплохие, но все они были обращены в прошлое.

Такой подход, конечно, оставлял в стороне ключевые проблемы жизни страны, и это привело к той волне теоретически неподготовленных перестройки и реформ 90-х г., которая разрушила Советский Союз.

Я хотел бы сегодня отметить тот факт, что переход Петра Ниловича в Министерство культуры СССР в Аппарате ЦК партии воспринимался как признак начавшегося упадка его карьеры. Ко мне, как я помню, пришел Игорь Черноуцан, заместитель заведующего Отделом культуры ЦК Шауро Василия Филимоновича, и сказал мне: Лев, беги, спасай свою карьеру.

Я, конечно, никуда не побежал. Хотя скажу, что Петр Нилович предложил мне выбор: либо остаться с ним и перейти на работу в Министерство культуры, либо вернуться в Отдел пропаганды или в Московский университет, откуда я был взят на работу в ЦК.

Я сказал, что всегда был убежден в правильности его линии и поэтому остаюсь с ним. И весь секретариат остался с ним, что произвело соответствующее впечатление в Аппарате.

Произвело впечатление и то, что творческая интеллигенция стала благодарить Леонида Ильича Брежнева за назначение П.Н. Демичева министром культуры за это мудрое решение, проявление отеческой заботы о нашей культуре. И это сняло все вопросы. Министерство культуры с приходом Петра Ниловича стало центром принятия стратегических решений. Культура рассматривалась как ключевой фактор духовного формирования народа, его социальной психологии, соответствующей этапу научно-технической революции и социальных изменений в стране.

В центре внимания Петра Николаевича всегда находились проблемы профессионального искусства.

Достижения в этой области определялись открытиями и активизацией творчества выдающихся мастеров. Путь такой активизации Петр Николаевич находил в обсуждениях основных премьер в Большом театре, в Малом театре, в Художественном театре, в творческих диалогах с Григоровичем, Олегом Ефремовым, Татьяной Дорониной, Еленой Образцовой, Зурабом Соткилавой, Константином Ивановым в Московской консерватории, Георгием Товстоноговым в Ленинграде, в общении во время Дней Советского искусства в зарубежных странах.

Выдающиеся деятели советского искусства всегда входили в состав официальных делегаций. И это позволяло в неформальной обстановке обсуждать самые серьезные вопросы, в том числе проблемы профессионального новаторства в искусстве.

Как известно, советская культура пользовалась в мире высоким профессиональным авторитетом. И эта линия была усилена.

Это усиление проявлялось в периодическом проведении совещаний министров культуры социалистических стран, которые проходили в разных странах: в ГДР, в Болгарии, в Монголии – на этих совещаниях концептуальная позиция П.Н. Демичева играла всегда ведущую роль.

Тот факт, что советская культура превратилась в фактор международного цивилизационного влияния подтверждается и тем, что с министром культуры встречались и вели заинтересованные переговоры первые лица государств – Тодор Живнов, Фидель Кастро, Самора Машел, Хуари Бумедьен. Даже Збигнев Бжезинский попросил о встрече с Петром Николаевичем, когда состоялся его визит в Соединенные Штаты. Рост влияния проявлялся в различных формах.

Во многих странах проводились с огромным успехом дни Советской культуры.

В Берлине, например, на выступления Большого театра съезжалась вся политическая элита Западного Берлина. В Будапеште, где была напряженная атмосфера, Гала концерт, во время открытия дней Советской культуры, произвел буквально эстетический шок, поскольку состоял из постоянно длящегося балета высочайшего эстетического уровня.

Такого рода культурные победы играли нарастающую роль не только в духовной, но и в политической жизни мира того времени. Стали возможны такие события как, например, осуществление грандиозных выставок «Москва-Париж» и «Париж-Москва» и других масштабных мероприятий, символизирующих возможности новых отношений.

Вместе с тем Петр Нилович как Министр культуры видел серьезные проблемы, которые существовали в сфере культурной жизни страны, культуры народа. Страна вступила в эру научно-технической революции и необходимы были новые формы массового мышления, отношения к новым знаниям и техническим умениям, к дисциплине труда и к инновациям. Короче говоря – это сфера массовой культуры. Эту сферу нужно правильно формировать и развивать.

Для теоретического осмысления этих ключевых проблем в Институте искусствознания был создан отдел, который занимался научной разработкой рпоблем культуры и методов ее планирования. Этот отдел возглавил Юлий Ульрихович Фохт-Бабушкин, доктор наук.

Во-вторых, в Ленинской библиотеке был создан специальный отдел, который готовил информацию для служебного пользования. Она распространялась в адрес министров всех союзных республик и содержала новейшие данные о практических формах и методах массовой культуры, механизмах ее распространения в массах.

В качестве экспериментальной площадки осуществления этой работы была выбрана Белоруссия, где эту работу успешно развернул Михневич новый молодой и талантливый министр культуры.

На заседаниях Коллегии Министерства подводились итоги этой работы и намечались ее новые перспективы. К сожалению, эта работа была свернута в ходе перестройки, которая обещала отказаться от «остаточного принципа», в финансировании культуры. И действительно отказалась от него, фактически сократив ее финансирование. В итоге началось свертывание клубной, библиотечной работы на местах. На поверхность жизни стали выходить уголовные авторитеты, которые пытались влиять и на массовую культуру. В конечном итоге в сферу массовой культуры ворвалась рыночная стихия.

В 1986 году Петра Ниловича перевели на работу в Верховный Совет СССР в качестве первого заместителя Андрея Андреевича Громыко.

Это была сложная и многогранная работа, которая была связана с разработкой механизмов демократизации советских органов власти. К сожалению процесс пошел в несколько ином направлении, которое определялось замыслами М.С. Горбачева и его окружения.

Речь шла о ликвидации руководящей роли КПСС в управлении государством. Известно, что структура партийного руководства была своего рода «становом хребтом» единства и целостности государственной жизни. Радикальное разрушение этого «станового хребта» вполне закономерно влекло за собой и разрушение государства.

Нам пришлось с этим разрушением встретиться, как говорится, лицом к лицу.

Я имею в виду события в Нагорном Карабахе. События начались, казалось бы, с мелочи – с публикации книги «Очаг», в которой армянам обещали райскую жизнь, если они вернут  под свое управление Нагорный Карабах.

Нагорный Карабах в это время входил в состав Азербайджанской ССР, развивался нормально, массовый характер имели смешанные браки и смешанные семьи; дружба народов была реальностью.

Национальные эмоции стали разрушать все, вспыхнули страсти, основанные на национальной гордости.

Пламя вражды стало разгораться. И тогда в Карабах была направлена партийная и государственная группа, которую возглавили секретарь ЦК Разумовский и от Президиума Верховного Совета СССР П.Н. Демичев.

Когда группа приехала в Карабах, то встретилась уже с огромной толпой, которая несла портреты М.С. Горбачева и требовала выполнить заветы перестройки и передать Карабах Армении.

На площади перед обкомом партии уже сформировалась круглосуточная толпа со своими требованиями отделения от Азербайджана. Утром начался митинг, который неожиданно закончился комическим эпизодом.

На митинге  женщина с высокой трибуны размахивала окровавленной рубашкой, утверждая, что азербайджанские спецслужбы убивают мирных армян. Хотя по информации, которую мы получали, никаких убийств не было.

В это время через толпу стала двигаться санитарная машина, на крыше которой был помещен портрет мужчины в траурной рамке. Т.е. якобы убитый спецслужбами.

Под разъяренные крики толпы автомашина направилась к трибуне, на которой стояли Разумовский и Демичев.

Машина остановилась около трибуны и находящейся в ней псевдо труп, видимо, решил, что спектакль окончен, и вышел из машины живой и здоровый.

Толпа разразилась гомерическим хохотом. Провокация не удалась. Но самое трагические события произошли, как известно, в Сумгаите.

Это особый разговор.

Скажу только одно: на меня огромное впечатление произвело тогда в той страшной ситуации поведение П.Н. Демичева, который поехал в Сумгаит и провел многочисленные беседы с армянами, которые были под ужасным давлением уголовных элементов и толпы разъяренного населения.

Здесь проявились исключительные личные качества Петра Ниловича, внимание к судьбам людей, принципиальность и высокая деликатность интеллигентного человека.

В заключение не могу не заметить, что некоторые из бывших ответственных сотрудников ЦК на волне перестройки развернули против П.Н. Демичева кампанию по его дискредитации. В этой кампании особо отличился Г.А. Арбатов. Он проявил полное непонимание позиций П.Н. Демичева и практических шагов по их реализации.

Противники П.Н. Демичева вели борьбу, как они говорили, «за душу генерального».

Борьба «за душу» открывала дорогу к власти тем, кто душой болел о своем обогащении, а не о стране. В итоге довели дело разрушения сверхдержавы, каким был Советский Союз, и до лихих девяностых годов.