ФГБУ "Институт научной информации по общественным наукам Российской академии наук"

ТУЛЬЧИНСКИЙ Г.Л. ЭКРАН И ФАКТОР СКОРОСТИ: ОТ НАРРАТИВОВ К ПЕРФОРМАТИВАМ

| Дата публикации: | Автор: Дмитрий Шкаев

ТУЛЬЧИНСКИЙ Г.Л. ЭКРАН И ФАКТОР СКОРОСТИ: ОТ НАРРАТИВОВ К ПЕРФОРМАТИВАМ // НАУКА ТЕЛЕВИДЕНИЯ, №15.2 – 2019 – с. 29-40

Ключевые слова: мифология, нарративы, перформативы, общественное сознание, индивидуальное сознание, историческая память, кинонаррация, символическая политика

Новая статья доктора философских наук, профессора Григория Тульчинского, специалиста по философии культуры, логике и методологии науки, посвящена цифровому формату современной культуры, цифровой медиализации и гиперреализму искусства.

Автор стремится «уточнить содержание одной из главных проблем современного образа жизни, связанной с последствиями тотальной цифровой медиализации всех социально-культурных практик» (с. 31) – специфики формирования общественного и индивидуального сознания.

Здесь Тульчинский, по сути, ставит знак равенства между сознанием и памятью, в том числе исторической, возникающей как результат конструирования представлений о прошлом при участии социально-культурных институтов.

Устные и письменные наррации изначально требовали визуализации, помогающей повысить достоверность рассказов. Со временем недоверие к таким источникам возрастало – до момента возникновения фото и видеофиксации, а затем и цифровых форматов. Однако сегодня «запечатленная реальность множится, вытесняя впечатления от непосредственной реальности, вытесняют саму эту реальность…» (с. 32)

С точки зрения Тульчинского, сегодня визуализация служит гарантом достоверности отображаемой реальности и самой истории, понимается как правда жизни. В это момент возникает особенная экранная реальность. Происходит мифологизация смысловой картины действительности, что касается как прошлого, так и настоящего. Далеко не последнюю роль в этих процессах играют кинонарративы.

Автор приводит в пример фильмы С. Эйзенштейна «Октябрь» и «Александр Невский», фразы и образы из которых стали частью исторической памяти социума, хотя в сути своей не так историчны. В наши дни похожий эффект оказывают телевизионные сериалы.

Тульчинский перечисляет три режима трансляции нарративов исторической памяти: 1) медиатехнологии в индустрии культуры и искусства, 2) образование и гуманитарные науки, 3) собственно, культурная память. Эти режимы отличаются по своей динамике, и последний из них на протяжении двух-трех поколений формирует культурную идентичность.

Согласно данным авторских исследований, «исторические нарративы, транслируемые кино и экранной культурой в целом, играют доминирующую роль в смысловой картине различных поколений, перекрывая действие двух других режимов» (с. 34). При этом, «нарративы символической политики, при должной настойчивости и последовательности власти и элиты, рано или поздно становятся частью актуальной картины мира» (там же).

Тульчинский ищет аналогии в нейрофизиологических процессах мозга. Он говорит о роли повторов в закреплении образов, быстром узнавании сюжетов, что важно для «маркетинга артефактов». Кроме того, порождаемые повторами ассоциации могут существенно видоизменять память, вытесняя или дополняя воспоминания. Развитие коммуникативных технологий и цифровизация изменяют цивилизационные контекст, и повторы становятся невозможны, либо ведут к дивергенции социума.

По мнению автора, современное искусство гиперреалистично. «Скорость смыслообразования достигла такого уровня, когда презентации смыслов не требуется оставлять следы такой презентации» (с. 35). Клиповое или мозаичное сознание превращается в геймерское, когда реакция на ситуацию задается неким алгоритмом. Оцифрованная реальность предполагает беспамятное сознание с механизмами такой реконструкции прошлого, какая требуется в настоящий момент.

Формируется целостное дологическое мышление, мифологичное и нелинейное в своей сути, не способное к рефлексии и, соответственно, подверженное манипуляциям. Человек экранной цифровой культуры не способен воспринимать сложные смысловые конструкции, потребляя информацию как блюда со шведского стола.

С точки зрения Тульчинского, в таких условиях эмпатия непродолжительна, социальный опыт не переживается, социализация оказывается неполной. Все чаще дивергенция социальной картины мира и ее носителей переходит из режима онлайн в оффлайн. Та же тенденция к изменениям прослеживается и в эстетике смотрения, что особенно заметно в форматах кино и видеоигр.

Таким образом, современная экранная культура, заключает Тульчинский, переводит осмысление «в ускоренный режим отхода от нарративов непосредственно к перформативам» (с. 37).

Дмитрий Шкаев