ФГБУ "Институт научной информации по общественным наукам Российской академии наук"

БЕККИН Р.И. “Я НЕ ЗНАЮ, КАКОЙ ЧЕЛОВЕК АХУН…” (В.С. СОЛОВЬЕВ И А. БАЯЗИТОВ: ПРОИСХОЖДЕНИЕ ОДНОГО МИФА)

| Дата публикации: | Автор: Дмитрий Шкаев

БЕККИН Р.И. “Я НЕ ЗНАЮ, КАКОЙ ЧЕЛОВЕК АХУН…” (В.С. СОЛОВЬЕВ И А. БАЯЗИТОВ: ПРОИСХОЖДЕНИЕ ОДНОГО МИФА) // Вестник Московского университета. Серия 7: Философия. 2018. № 1. – С. 99-112.

Ключевые слова: ислам, Мухаммад, Соловьев, Баязитов, Величко

Статья ведущего научного сотрудника Института Африки РАН Рената Беккина посвящена взаимоотношениям двух крупных религиозных мыслителей конца XIX – начала XX веков (В.С. Соловьев и А. Баязитов) и раскрывает восприятие ислама в русском обществе того времени.

Автор, прежде всего, отмечает дефицит материалов – «скупые упоминания об отдельных мусульманах, встречающиеся в письмах, воспоминаниях и других источниках» (с. 99). Проблема касается не только русскоязычных источников, но и документов мусульманских народов Крыма, Кавказа, Поволжья и Средней Азии.

С точки зрения автора, одним из исторических мифов, возникающих по причине недостатка достоверной информации, является предположение о дружбе В.С. Соловьева с петербургским ахуном (мусульманским ученым высшего разряда) А. Баязитовым.

Беккин указывает, что А. Баязитов, будучи учредителем первой татарской газеты и одним из инициаторов строительства Соборной мечети в Петербурге, являлся, вероятно, самым известным мусульманином российской культурной среды конца XIX – начала XX веков. Баязитов выступал как видный публицист и стремился привлечь внимание представителей иных религий.

По мнению некоторых исследователей, как упоминает Беккин, В.С. Соловьев создавал свой биографический очерк «Магомет, его жизнь и религиозное учение» под влиянием и при участии Баязитова (с. 101). В различных источниках также встречаются ничем не подкрепленные упоминания о тесной дружбе мыслителей.

В распоряжении исследователей, однако, имеются письма Баязитова и Соловьева. На основе этих документов и иных материалов автор пытается реконструировать характер взаимоотношений двух религиозных мыслителей.

Беккин обращается к биографии В.Л. Величко, который, будучи главным редактором газеты «Кавказ», неоднократно выступал в защиту мусульман, живо интересовался исламом и был знаком с Баязитовым, который в то время совмещал работу имама с государственной службой в МИД в качестве переводчика (драгомана) (с. 104).

Хотя научный авторитет Баязитова среди современников – востоковедов был не высок, он, тем не менее, выступал с лингвистическими гипотезами. «Баязитову при его знаниях ислама и восточных языков не хватало европейского образования, являвшегося пропуском в мир науки…» – пишет Беккин. При этом карьерные планы Баязитова выходили за рамки руководителя мусульманского прихода, что способствовало его продвижению.

Беккин задает вопрос: Не прибегал ли к помощи Баязитова В.С. Соловьев, не будучи специалистом по исламу, но являясь участником творческого кружка Величко и, возможно, знакомым Баязитова? Ведь, согласно воспоминаниям Величко, мыслители были дружны и сотрудничали (с. 107).

Автор отвечает на свой вопрос цитатой из письма Соловьева, адресованного Величко: «Я не знаю какой человек ахун…» и дополняет цитату отсутствием упоминания о Баязитове в предисловии к работе «Магомет, его жизнь и религиозное учение» и в письмах к издателю.

Также любопытно, что в письме самого Баязитова к Соловьеву, которое Беккин приводит полностью, по мнению автора, обнаруживается недостаточное владение литературным языком, что наталкивает на предположение о наличии редактора в трудах Баязитова.

Беккин приходит к следующим выводам: Соловьев и Баязитов не сотрудничали при написании очерка «Магомет…», не были близко знакомы, по крайней мере, до выхода книги и, скорее всего, не состояли в дружеских отношениях. Таким образом, автор развенчивает исторический миф.

«Единственное, что объединяло А. Баязитова и В.С. Соловьева, – пишет автор, – это критическое отношение к взглядам французского философа Э. Ренана. Но этого было очевидно недостаточно для того, чтобы послужить прочным фундаментом для дружбы и сотрудничества этих двух непохожих друг на друга людей» (с. 111).

Дмитрий Шкаев